Для всех, у кого на диете не выдержали нервы

Вредный совет

Если вдруг вы на диете

Испытали нервный срыв,

Вы тогда кусочек масла

Щедро вымажьте на хлеб,

Потерянный странник

Как я люблю метро, это же уму непостижимо! Все города мира делятся на те, в которых метро хорошее, интересное, те, где оно формальное, без затей, и те, где его нет. В последних я ною на тему отсутствия подземки ровно столько, сколько в них нахожусь, до последней минуты. Ведь это мой самый любимый документальный кинозал, показ в котором идет нон-стоп. В моем городе метро есть, созерцай - не хочу.

Вдова и Красивый

Вы никогда не поверите. Я тоже не поверил бы если кто то другой рассказал бы.
Более 400 контрактников дагестанцев убито на Украине.
224 человека привезли пару дней назад в Дагестан. 200 человек из тех кто в Шали служил, 70 в Ханкале.

У многих психика поехала. Один отец поехал забрать сына. Когда увидел сына на месте умер. Много тех кто под трибунал пошли.
Ощущение что они через мясорубку прошли. 

Греческие маньяки

Не знаю, откуда взялась эта тема на скромном курортном отдыхе, на маленьком острове, криминал на котором отсутствует в принципе. Правда, тогда мы этого еще не знали...
Мы прибыли на Лерос ночью, после двух бессонных суток, и Лерос встретил нас достойно: молчанием и черными провалами лагун где-то под горными трассами. Осмотреться все равно хотелось, и вот мы вышли на темную улицу столицы. Ну как, столицы. Три-четыре улицы, узкие, обрывающиеся от маленькой треугольной площади вниз непредсказуемыми изгибами - это и есть Платанос, столица Лероса. По бестротуарным извивам время от времени проносились скутеры, возбуждая ревом изумительную греческую акустику, тьфу на нее совсем.

Ночной разговор

- Здравствуйте. Вы еж или крыса?
- Здравствуйте. А вам зачем?
- Ну, как-то интересно. Как-то, знаете, ежа приятнее встретить. Но и крыса тоже ничего.
- Ну и причуды у вас. Вы где-то видели длинный хвост?
- Я в такой темноте вообще ничего не вижу. Вы какой-то мелкий?
- Я молодой. Ладно, смотрите, руками только не хватайте.
- Ой, еж! Вы не беспокойтесь, я хватать не стану.
- Правильно. Я тут червячка заморить. А вы?
- А я так, прогуливаюсь.
- Без собаки? Червячка не желаете? Их тут, в корнях шиповника, полно.
- Благодарю, я ужинала. А вам не смею мешать.
- Всего доброго. Заходите без собаки.
- До свидания и приятного аппетита.


И он остался в цветах жевать своего червячка. Мало кто знает, но ежи любят цветы на обеденном столе. И уважение. Совсем как люди.

Колыбельная для Таточки

Баю-бай, Таточка, баюшки. Луна большая-большая, глядит в окошко, дышит на стекло, шепчет "Баю-бай, Таточка, ночь пришла, тишину принесла..."
Ну и что, что бумкнуло? Раз бумкнуло, значит, уже не наше.
Тишина в мире, тишина. Это мы ее творим.
Видишь, где-то там, обсыпанная сахарной пудрой, Сузи печет булочки, самые сладкие в мире.
Ну и что, что бумкнуло? Это уже не ее.
А Оля не печет сейчас, у Оли болеет кот. Доктор кота полечит, доктор придумает, как коту быть.
Ну и что, что бумкнуло? Это уже мимо них.
А там, гляди, Света постит добрые беспечные тексты и ждет, не пора ли спускаться в погреб. Света осталась со старенькими родителями мужа, Света - герой, но не знает этого.
Ну и что, что бумкнуло? Это уже не для них.
Лена спать легла, у Лены грудной малыш. У порога - сандалии, сумка с игрушками старшей.
Ну и что, что бумкнуло? Это уже пронесло.
А вот и мы сидим, два енота. Мы не герои, мы просто пьем чай и смотрим Шерлока Холмса.
Ну и что, что бумкнуло? Это совсем далеко.
Тишина в мире, тихо движутся женщины, закрывают детей и зверей, телами ткут тишину.
Баю-бай, Таточка, обними луну, твори тишину.
Баю-бай.

Очередной полет над Кукушкиным гнездом состоялся

Это даже я не знаю, как назвать, - эти полгода выживания. Это какой-то сюр. Однако, мы все еще живы, здесь и сейчас. И Титаник наш тонул-тонул, да не потонул. И мы привезли вкусные печеньки и пирожки, важные паштеты и сырки (на завтрак детям все еще нет ничего, кроме пустой каши), кучу всяких полезностей в виде моющих средств, туалетной, пардон, бумаги, порошков стиральных. И я очень устала. И персонал выглядит очень усталым и постаревшим. И, как бы то ни было, на лавочке сидела окруженная детьми спокойная женщина, читала с ними книжку. И, кажется, маловато мы привезли деткам развлечений в этот раз, а их оказалось много, из интернатов. И они еще не раздолбали новые стулья. И на подушках мы видели наволочки, которые мама одной подруги шила страшными зимними ночами. И вообще, не знаю, как описать, что я чувствую ко всем, кто ездил и всяко участвовал в помощи. В наше-то время. И нам предложили повесить на стену настоящие таблички с благодарностью "нашей организации". А одна из нас потом сказала, что таблички у нас точно будут, только чуть попозже и не здесь, и мы поэтому не будем торопиться. И на прощание нам почитал свои стихи пришедший потрепаться шизофреник. И мы пожелали друг другу удачи. И мы все еще живы - здесь и сейчас.